Второй этап кампании сатьяграхи (1921—1922)
НАВИГАЦИЯ ПО СТРАНИЦЕ
С осени 1921 г. в Индии распространились слухи о предстоящем визите принца Уэльского — наследника английского престола, т. е. представителя короны. ИНК решил объявить бойкот официальным торжествам по этому поводу. Лидеры Конгресса понимали, что оскорбление короны во время визита в Индию повлияет на общественное мнение в самой Англии, так как создаст нелестное представление о политике английского правительства и, возможно, отразится на исходе предстоявших вскоре в Англии парламентских выборов. М.К. Ганди даже обратился с личным посланием к принцу, в котором заверил его в своих лучших чувствах, но в то же время подчеркнул, что дело приняло политический характер. В Индии начался массовый бойкот английских учреждений, продолжался бойкот английских товаров.
17 ноября 1921 г., в день приезда принца Уэльского в Индию, в порту Бомбей состоялись демонстрации протеста, в городе началась 4-дневная забастовка. В тот же день в Бомбее произошли столкновения между протестовавшими против визита и парсами, попытавшимися устроить гостю пышный прием.
Английские власти обвинили в провокации беспорядков молодежную организацию Конгресса «Сева дал», которая была создана как раз накануне визита высокого гостя с целью поддерживать порядок при проведении массовых мероприятий. Английские власти ввели запрет на деятельность «Сева дал», чем не преминул воспользоваться М.К. Ганди. Он призвал всех индийцев, независимо от возраста, вступать в молодежную организацию ИНК и требовать от властей наказания по закону.
Во всей Индии тысячи людей устремились в полицейские участки с требованием арестовать их, так как они являются членами запрещенной организации. Списки членов «Сева дал» публиковались в газетах и также доставлялись в полицию. Англичане снова оказались бессильными что-либо сделать.
Колониальные власти предлагали М.К. Ганди компромисс: кампания сатьяграхи прекращается, а по завершении визита принца Уэльского с ИНК начнутся переговоры. Но Ганди был непреклонен. Кампания сатьяграхи продолжалась, Индия бурлила, а английские власти ничего не могли поделать.
Сатьяграха в феврале 1922 г. и ее исход
В декабре 1921 г. сессия ИНК в Ахмадабаде приняла решение: кампанию продолжать вплоть до достижения свараджа и восстановления халифата. Было решено перейти к высшей форме сатьяграхи — объявить бойкот налогам. Руководителем предстоящей сатьяграхи был объявлен М.К. Ганди. Он получил право единолично решать, когда и к какой форме переходить, когда приостановить кампанию.
1 февраля 1922 г. М.К. Ганди потребовал от вице-короля Ридинга немедленно освободить всех заключенных, снять запрет с «Сева дал» и начать переговоры о предоставлении Индии самоуправления. В противном случае он угрожал перейти к бойкоту налогов. Вице-король ответил массовыми арестами, тем более что на сей раз основания были, поскольку отказ от уплаты налогов — тяжкое преступление,
Кампания началась с большим энтузиазмом. Хотя многие видные деятели ИНК были арестованы, сам Ганди оставался на свободе. Деятельность колониальных властей, казалось, была полностью парализована. К тому времени было арестовано уже 10 тыс. активистов ИНК, но отказ от уплаты налогов не прекращался.
4 февраля 1922 г. в деревушке Чаура-Чаури произошел прискорбный инцидент: крестьяне сожгли забаррикадировавшихся в участке полицейских. Это было явное нарушение основного принципа сатьяграхи — ненасилия (ахимсы). Ганди отдал распоряжение дальнейшую кампанию прекратить. Лидеры ИНК находились в то время в тюрьмах и весть о прекращении борьбы встретили с недоверием. Многие в то время осуждали Ганди за принятое решение, но впоследствии признали, что Ганди оказался прав.
Это был первый насильственный акт, но он мог оказаться далеко не единственным. Сама идея сатьяграхи как ненасильственной формы борьбы была бы скомпрометирована, а англичане получили бы повод подавить движение силой. Ганди прекрасно чувствовал настроения масс и понимал, что напряжение прошедших лет не прошло бесследно, терпение народа уже на исходе и может последовать срыв с непредсказуемыми последствиями.
Чтобы сохранить влияние на массы, Ганди представил в ИНК свою Конструктивную программу, в которой он, в частности, предлагал: продолжить вербовку в ИНК, пропаганду кхади, сбор средств в фонд Тилака, организовывать на селе панчаяты, отделы социального обслуживания (оказание помощи неимущим, при несчастных случаях и т. п.); призывал создавать национальные школы, бороться с неприкасаемостью и дискриминацией низших каст, с алкоголизмом. Но дух участников движения оказался подорванным, люди тысячами выходили из ИНК. Вскоре был арестован и осужден на 6 лет и сам М.К. Ганди. Антиколониальная борьба явно пошла на убыль.
К тому же вопрос о халифате окончательно потерял прежнее значение, единство индусов и мусульман ослабло. Более того, повсеместно начались столкновения на религиозной почве, погромы. Усилились экстремистские организации в обеих общинах. Так, в Синде активизировалась деятельность индуистской «Хинди Махасабхи», которая пыталась насильственно обращать в индуизм местное мусульманское население. В конце 1921 г. М.А. Джинна вышел из ИНК. Совместное проведение сессий Мусульманской лиги и ИНК отошло в прошлое.